Эллиот с детства чувствовал себя чужим среди людей. Каждое обычное общение — взгляд, улыбка, пустой разговор о погоде — отзывалось в нем глухим внутренним сопротивлением, будто его мозг был защищен брандмауэром, отсекающим чужие сигналы. Компьютерный код стал его настоящим языком: четким, логичным, предсказуемым. За экраном монитора он мог дышать свободно.
Его талант к проникновению в цифровые системы был скорее побочным продуктом этого бегства от реальности, чем осознанным выбором. Он не стремился к славе или богатству — ему нужна была тихая гавань, где его навыки были бы легальной валютой. Так он оказался в «Аллсейфе», фирме, специализирующейся на кибербезопасности. Работа была идеальным щитом: он защищал системы, изучая их уязвимости, и ему платили за то, что он и так любил делать.
Но тень его способностей быстро вышла за пределы корпоративных серверов. В глубинах сети, в зашифрованных чатах и на заброшенных форумах, о нем начали говорить. Сначала это были осторожные зондирования — предложения «фриланса» с туманными описаниями задач. Потом контакты стали конкретнее. Ему намекали на коррупцию в верхах, на то, как гигантские корпорации, чьи системы он помогал защищать, на самом деле выстраивают систему тотального контроля.
Эллиот понимал, что его тихая гавань дала течь. С одной стороны — его законный работодатель, «Аллсейф», чьи интересы были неразрывно связаны с теми самыми корпорациями-гигантами. С другой — призрачные фигуры из подполья, предлагавшие не просто работу, а миссию: использовать его дар не для защиты системы, а для ее демонтажа. Они не требовали от него светских бесед или взглядов в глаза — только действий в цифровой пустоте. И в этой тишине их предложение звучало на удивление убедительно.
Безопасная, предсказуемая жизнь программиста начала раскалываться по швам. Эллиот стоял на распутье, где его единственный способ существования в мире — через экран — сталкивал между собой две силы, готовые перекроить цифровой ландшафт. И ему предстояло решить, станет ли его код инструментом защиты или самым тихим, и оттого самым разрушительным, оружием.
