План созрел в голове у Мануэля за рюмкой дешевого хереса. Он смотрел на потрескавшуюся штукатурку в баре и видел не трещины, а схему вентиляционных шахт Королевского монетного двора. Деньги там не просто лежали — они дышали, пахли краской и металлом, целые горы свеженапечатанных купюр, ожидающих отправки в банки. Сумма была астрономической — более двух миллиардов евро. Не золото, не драгоценности, а обычная бумага, которая и делала эту идею одновременно безумной и гениальной.
Команда подобралась не из романтиков. Луис, бывший инженер водоснабжения, знал каждый трубопровод в радиусе пяти кварталов. Карла, молчаливая женщина с лицом бухгалтера, могла взломать любую цифровую систему учета за минуты. Им нужен был не грубый взлом, а тихое, почти невидимое проникновение. Они решили использовать старые тоннели, оставшиеся от средневековой канализации. Они вели прямо под фундамент главного хранилища.
Работа заняла месяцы. По ночам, сантиметр за сантиметром, они расчищали завалы в сырой земле, пахнущей столетиями. Луис настраивал самодельные датчики вибрации, чтобы их работы не засекли сейсмографы. Карла месяцами изучала график смен охраны и циклы работы автоматических систем. Деньги должны были исчезнуть в ту самую секунду, когда главный компьютер на три минуты уходил на ежедневное резервное копирование, отключая часть датчиков движения.
Ночь «Х» была душной и безлунной. Они проползли по узкому тоннелю, вышли прямо под решеткой пола в подсобке. Воздух был густым от запаха новой бумаги и чернил. Стеллажи уходили ввысь, как стены каньона, и были завалены пачками купюр. Это было не воровство, а скорее переселение целой вселенной денег из одного места в другое. Они работали молча, как часовой механизм, передавая пачки по цепочке в черные немаркированные мешки.
Их взяли не на месте. Их взяли через неделю, когда Мануэль, подавившись роскошью, купил яхту, на которую у него не могло быть прав. Следователи, проследив цепочку, вышли на подпольного менялу, а затем и на Карлу, которая в панике попыталась сжечь часть купюр в камине своей съемной квартиры. Деньги, пахнущие гарью и страхом, стали главной уликой.
Сокровища нашли почти все, спрятанные в заброшенном ангаре под слоем сена. Говорят, когда агенты вскрыли мешки, оттуда пахло не богатством, а сыростью тоннеля, потом и безумием той душной ночи. А Мануэль, сидя в камере, все смотрел на трещину в стене, но видел уже не схему, а просто трещину.
